Вино
С шоколадной плиткой
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

Вино > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)


кратко / подробно
Сегодня — вторник, 13 ноября 2018 г.
Уснувший в Армагеддоне Пeчaль в сообществе Бесконечность 10:27:28
Никто не хочет смерти, никто не ждет ее.
Просто что-то срабатывает не так, ракета поворачивается боком, астероид стремительно надвигается,
закрываешь руками глаза - чернота, движение, носовые двигатели неудержимо тянут вперед, отчаянно хочется жить - и некуда податься.
Какое-то мгновение он стоял среди обломков...
Мрак. Во мраке неощутимая боль. В боли - кошмар.
Он не потерял сознания.
Подробнее…"Твое имя?" - спросили невидимые голоса. "Сейл, - ответил он, крутясь в водовороте тошноты, - Леонард Сейл". - "Кто ты?" - закричали голоса. "Космонавт!" - крикнул он, один в ночи. "Добро пожаловать", - сказали голоса. "Добро... добро...". И замерли.
Он поднялся, обломки рухнули к его ногам, как смятая, порванная одежда.
Взошло солнце, и наступило утро.
Сейл протиснулся сквозь узкое отверстие шлюза и вдохнул воздух. Везет. Просто везет. Воздух пригоден для дыхания. Продуктов хватит на два месяца. Прекрасно, прекрасно! И это тоже! - Он ткнул пальцем в обломки. - Чудо из чудес! Радиоаппаратура не пострадала.
Он отстучал ключом: "Врезался в астероид 787. Сейл. Пришлите помощь. Сейл. Пришлите помощь". Ответ не заставил себя ждать: "Хелло, Сейл. Говорит Адамс из Марсопорта. Посылаем спасательный корабль "Логарифм". Прибудет на астероид 787 через шесть дней. Держись".
Сейл едва не пустился в пляс.
До чего все просто. Попал в аварию. Жив. Еда есть. Радировал о помощи. Помощь придет. Ля-ля-ля! Он захлопал в ладоши.
Солнце поднялось, и стало тепло. Он не ощущал страха смерти. Шесть дней пролетят незаметно. Он будет есть, он будет спать. Он огляделся вокруг. Опасных животных не видно, кислорода достаточно. Чего еще желать? Разве что свинины с бобами. Приятный запах разлился в воздухе.


Позавтракав, он выкурил сигарету, глубоко затягиваясь и медленно выпуская дым. Радостно покачал головой. Что за жизнь. Ни царапины. Повезло. Здорово повезло.
Он клюнул носом. Спать, подумал он. Неплохая идея. Вздремнуть после еды. Времени сколько угодно. Спокойно. Шесть долгих, роскошных дней ничегонеделания и философствования. Спать.
Он растянулся на земле, положил голову на руку и закрыл глаза.
И в него вошло, им овладело безумие. "Спи, спи, о спи, - говорили голоса. - А-а, спи, спи" Он открыл глаза. Голоса исчезли. Все было в порядке. Он передернулся, покрепче закрыл глаза и устроился поудобнее. "Ээээээээ", - пели голоса далеко- далеко. "Ааааааах", - пели голоса. "Спи, спи, спи, спи, спи", - пели голоса. "Умри, умри, умри, умри, умри", - пели голоса. "Оооооооо!" - кричали голоса. "Мммммммм", - жужжала в его мозгу пчела. Он сел. Он затряс головой. Он зажал уши руками. Прищурившись, поглядел на разбитый корабль. Твердый металл. Кончиками пальцев нащупал под собой крепкий камень. Увидел на голубом небосводе настоящее солнце, которое дает тепло.


"Попробуем уснуть на спине", - подумал он и снова улегся. На запястье тикали часы. В венах пульсировала горячая кровь.
"Спи, спи, спи, спи", - пели голоса.
"Ооооооох", - пели голоса.
"Ааааааах", - пели голоса.
"Умри, умри, умри, умри, умри. Спи, спи, умри, спи, умри, спи, умри! Оохх, Аахх, Эээээээ!" Кровь стучала в ушах, словно шум нарастающего ветра.
"Мой, мой, - сказал голос. - Мой, мой, он мой"
"Нет, мой, мой, - сказал другой голос. - Нет, мой, мой, он мой!"
"Нет, наш, наш, - пропели десять голосов. - Наш, наш, он наш!"
Его пальцы скрючились, скулы свело спазмой, веки начали вздрагивать.


"Наконец-то, наконец-то, - пел высокий голос. - Теперь, теперь. Долгое-долгое ожидание. Кончилось, кончилось, - пел высокий голос. - Кончилось, наконец-то кончилось!"
Словно ты в подводном мире. Зеленые песни, зеленые видения, зеленое время. Голоса булькают и тонут в глубинах морского прилива. Где-то вдалеке хоры выводят неразборчивую песнь. Леонард Сейл начал метаться в агонии. "Мой, мой", - кричал громкий голос. "Мой, мой", - визжал другой. "Наш, наш", - визжал хор.
Грохот металла, звон мечей, стычка, битва, борьба, война. Все взрывается, его мозг разбрызгивается на тысячи капель.
"Эээээээ!"
Он вскочил на ноги с пронзительным воплем. В глазах у него все расплавилось и поплыло. Раздался голос:
"Я Тилле из Раталара. Гордый Тилле, Тилле Кровавого Могильного Холма и Барабана Смерти. Тилле из Раталара, Убийца Людей!"
Потом другой: "Я Иорр из Вендилло, Мудрый Иорр, Истребитель Неверных!"
"А мы воины, - пел хор, - мы сталь, мы воины, мы красная кровь, что течет, красная кровь, что бежит, красная кровь, что дымится на солнце".
Леонард Сейл шатался, будто под тяжким грузом. "Убирайтесь! - кричал он. - Оставьте меня, ради бога, оставьте меня!"
"Ииииии", - визжал высокий звук, словно металл по металлу.
Молчание.
Он стоял, обливаясь потом. Его била такая сильная дрожь, что он с трудом держался на ногах. Сошел с ума, подумал он. Совершенно спятил. Буйное помешательство. Сумасшествие.
Он разорвал мешок с продовольствием и достал химический пакет.


Через мгновение был готов горячий кофе. Он захлебывался им, ручейки текли по нёбу. Его бил озноб. Он хватал воздух большими глотками.
Будем рассуждать логично, сказал он себе, тяжело опустившись на землю; кофе обжег ему язык. Никаких признаков сумасшествия в его семье за последние двести лет не было. Все здоровы, вполне уравновешенны. И теперь никаких поводов для безумия. Шок? Глупости. Никакого шока. Меня спасут через шесть дней. Какой может быть шок, раз нет опасности? Обычный астероид. Место самое-самое обыкновенное. Никаких поводов для безумия нет. Я здоров.
"Ии?" - крикнул в нем тоненький металлический голосок. Эхо. Замирающее эхо.
"Да! - закричал он, стукнув кулаком о кулак. - Я здоров!"
"Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха". Где-то заухал смех. Он обернулся. "Заткнись, ты!" - взревел он. "Мы ничего не говорили", - сказали горы. "Мы ничего не говорили", - сказало небо. "Мы ничего не говорили", - сказали обломки.
"Ну, ну, хорошо, - сказал он неуверенно. - Понимаю, что не вы".
Все шло как положено.
Камешки постепенно накалялись. Небо было большое и синее. Он поглядел на свои пальцы и увидел, как солнце горит в каждом черном волоске. Он поглядел на свои башмаки, покрытые пылью, и внезапно почувствовал себя очень счастливым оттого, что принял решение. Я не буду спать, подумал он. Раз у меня кошмары, зачем спать? Вот и выход.
Он составил распорядок дня. С девяти утра (а сейчас было именно девять) до двенадцати он будет изучать и осматривать астероид, а потом желтым карандашом писать в блокноте обо всем, что увидит. После этого он откроет банку сардин и съест немного консервированного хлеба с толстым слоем масла. С половины первого до четырех прочтет девять глав из "Войны и мира". Он вытащил книгу из-под обломков и положил ее так, чтобы она была под рукой. У него есть еще книжка стихов Т. С. Элиота. Это чудесно.


Ужин - в полшестого, а потом от шести до десяти он будет слушать радиопередачи с Земли - комиков с их плоскими шутками, и безголосого певца, и выпуски последних новостей, а в полночь передача завершится гимном Объединенных Наций.
А потом?
Ему стало нехорошо.
До рассвета я буду играть в солитер, подумал он. Сяду и стану пить горячий черный кофе и играть в солитер без жульничества, до самого рассвета. "Хо-хо", - подумал он.
"Ты что-то сказал?" - спросил он себя.
"Я сказал: "Хо-хо", - ответил он. - Рано или поздно ты должен будешь уснуть".
"У меня сна - ни в одном глазу", - сказал он.
"Лжец", - парировал он, наслаждаясь разговором с самим собой.
"Я себя прекрасно чувствую", - сказал он.
"Лицемер", - возразил он себе.
"Я не боюсь ночи, сна и вообще ничего не боюсь", - сказал он.
"Очень забавно", - сказал он.
Он почувствовал себя плохо. Ему захотелось спать. И чем больше он боялся уснуть, тем больше хотел лечь, закрыть глаза и свернуться в клубочек.
"Со всеми удобствами?" - спросил его иронический собеседник.
"Вот сейчас я пойду погулять и осмотрю скалы и геологические обнажения и буду думать о том, как хорошо быть живым", - сказал он.
"О господи! - вскричал собеседник. - Тоже мне Уильям Сароян!"
Все так и будет, подумал он, может быть, один день, может быть, одну ночь, а как насчет следующей ночи и следующей? Сможешь ты бодрствовать все это время, все шесть ночей? Пока не придет спасательный корабль? Хватит у тебя пороху, хватит у тебя силы?
Ответа не было.
Чего ты боишься? Я не знаю. Этих голосов. Этих звуков. Но ведь они не могут повредить тебе, не так ли?
Могут. Когда-нибудь с ними придется столкнуться...
А нужно ли? Возьми себя в руки, старина. Стисни зубы, и вся эта чертовщина сгинет.
Он сидел на жесткой земле и чувствовал себя так, словно плакал навзрыд. Он чувствовал себя так, как если бы жизнь была кончена и он вступал в новый и неизведанный мир. Это было как в теплый, солнечный, но обманчивый день, когда чувствуешь себя хорошо, - в такой день можно или ловить рыбу, или рвать цветы, или целовать женщину, или еще что-нибудь делать. Но что ждет тебя в разгар чудесного дня?
Смерть.
Ну, вряд ли это.
Смерть, настаивал он.
Он лег и закрыл глаза. Он устал от этой путаницы. Отлично подумал он, если ты смерть, приди и забери меня. Я хочу понять, что означает эта дьявольская чепуха.
И смерть пришла.
"Эээээээ", - сказал голос.
"Да, я это понимаю, - сказал Леонард Сейл. - Ну, а что еще?"
"Ааааааах", - произнес голос.
"И это я понимаю", - раздраженно ответил Леонард Сейл. Он похолодел. Его рот искривила дикая гримаса.
"Я - Тилле из Раталара, Убийца Людей!"
"Я - Иорр из Вендилло, Истребитель Неверных!"
"Что это за планета?" - спросил Леонард Сейл, пытаясь побороть страх.
"Когда-то она была могучей", - ответил Тилле из Раталара.
"Когда-то место битв", - ответил Иорр из Вендилло.
"Теперь мертвая", - сказал Тилле.
"Теперь безмолвная", - сказал Иорр.
"Но вот пришел ты", - сказал Тилле.
"Чтобы снова дать нам жизнь", - сказал Иорр.
"Вы умерли, - сказал Леонард Сейл, весь корчащаяся плоть. - Вы ничто, вы просто ветер".
"Мы будем жить с твоей помощью".
"И сражаться благодаря тебе".
"Так вот в чем дело, - подумал Леонард Сейл. - Я должен стать полем боя, так?.. А вы - друзья?"
"Враги!" - закричал Иорр.
"Лютые враги!" - закричал Тилле.
Леонард страдальчески улыбнулся. Ему было очень плохо. "Сколько же вы ждали?" - спросил он.
"А сколько длится время?"
"Десять тысяч лет?"
"Может быть".
"Десять миллионов лет?"
"Возможно".
"Кто вы? - спросил он. - Мысли, духи, призраки?"
"Все это и даже больше".
"Разумы?"
"Вот именно".
"Как вам удалось выжить?"
"Ээээээээ", - пел хор далеко-далеко.
"Ааааааах", - пела другая армия в ожидании битвы.
"Когда-то это была плодородная страна, богатая планета. На ней жили два народа, две сильные нации, а во главе их стояли два сильных человека. Я, Иорр, и он, тот, что зовет себя Тилле. И планета пришла в упадок, и наступило небытие. Народы и армии все слабели и слабели в ходе великой войны, длившейся пять тысяч лет. Мы долго жили и долго любили, пили много, спали много и много сражались. И когда планета умерла, наши тела ссохлись, и только со временем наука помогла нам выжить".
"Выжить, - удивился Леонард Сейл. - Но от вас ничего не осталось".


"Наш разум, глупец, наш разум! Чего стоит тело без разума?"
"А разум без тела? - рассмеялся Леонард Сейл. - Я нашел вас здесь. Признайтесь, это я нашел вас!"
"Точно, - сказал резкий голос. - Одно бесполезно без другого. Но выжить - это и значит выжить, пусть даже бессознательно. С помощью науки, с помощью чуда разум наших народов выжил".
"Только разум - без чувства, без глаз, без ушей, без осязания, обоняния и прочих ощущений?"
"Да, без всего этого. Мы были просто нереальностью, паром. Долгое время. До сегодняшнего дня".
"А теперь появился я", - подумал Леонард Сейл.
"Ты пришел, - сказал голос, - чтобы дать нашему уму физическую оболочку. Дать нам наше желанное тело".
"Ведь я только один", - подумал Сейл.
"И тем не менее ты нам нужен".
"Но я - личность. Я возмущен вашим вторжением"
"Он возмущен нашим вторжением. Ты слышал его, Иорр? Он возмущен!"
"Как будто он имеет право возмущаться!"
"Осторожнее, - предупредил Сейл. - Я моргну глазом, и вы пропадете, призраки! Я пробужусь и сотру вас в порошок!"
"Но когда-нибудь тебе придется снова уснуть! - закричал Иорр. - И когда это произойдет, мы будем здесь, ждать, ждать, ждать. Тебя".
"Чего вы хотите?"
"Плотности. Массы. Снова ощущений".
"Но ведь моего тела не хватает на вас обоих".
"Мы будем сражаться друг с другом".
Раскаленный обруч сдавил его голову. Будто в мозг между двумя полушариями вгоняли гвоздь.
Теперь все стало до ужаса ясным. Страшно, блистательно ясным. Он был их вселенной. Мир его мыслей, его мозг, его череп поделен на два лагеря, один - Иорра, другой - Тилле. Они используют его!
Взвились знамена под рдеющим небом его мозга. В бронзовых щитах блеснуло солнце. Двинулись серые звери и понеслись в сверкающих волнах плюмажей, труб и мечей.
"Эээээээ!" Стремительный натиск.
"Ааааааах!" Рев.
"Наууууу!" Вихрь.
"Мммммммммммммм..."
Десять тысяч человек столкнулись на маленькой невидимой площадке. Десять тысяч человек понеслись по блестящей внутренней поверхности глазного яблока. Десять тысяч копий засвистели между костями его черепа. Выпалили десять тысяч изукрашенных орудий. Десять тысяч голосов запели в его ушах. Теперь его тело было расколото и растянуто, оно тряслось и вертелось, оно визжало и корчилось, черепные кости вот-вот разлетятся на куски. Бормотание, вопли, как будто через равнины разума и континент костного мозга, через лощины вен, по холмам артерий, через реки меланхолии идет армия за армией, одна армия, две армии, мечи сверкают на солнце, скрещиваясь друг с другом, пятьдесят тысяч умов, нуждающихся в нем, использующих его, хватают, скребут, режут. Через миг - страшное столкновение, одна армия на другую, бросок, кровь, грохот, неистовство, смерть, безумство!
Как цимбалы звенят столкнувшиеся армии!
Охваченный бредом, он вскочил на ноги и понесся в пустыню. Он бежал и бежал и не мог остановиться.
Он сел и зарыдал. Он рыдал до тех пор, пока не заболели легкие. Он рыдал безутешно и долго. Слезы сбегали по его щекам и капали на растопыренные дрожащие пальцы. "Боже, боже, помоги мне, о боже, помоги мне", - повторял он.
Все снова было в порядке.

Было четыре часа пополудни. Солнце палило скалы. Через некоторое время он приготовил и съел бисквиты с клубничным джемом. Потом, как в забытьи, стараясь не думать, вытер запачканные руки о рубашку.
По крайней мере, я знаю, с кем имею дело, подумал он. О господи, что за мир! Каким простодушным он кажется на первый взгляд, и какой он чудовищный на самом деле! Хорошо, что никто до сих пор его не посещал. А может, кто-то здесь был? Он покачал головой, полной боли. Им можно только посочувствовать, тем, кто разбился здесь раньше, если только они действительно были. Теплое солнце, крепкие скалы, и никаких признаков враждебности. Прекрасный мир.


До тех пор, пока не закроешь глаза и не забудешься. А потом ночь, и голоса, и безумие, и смерть на неслышных ногах.
"Однако я уже вполне в норме, - сказал он гордо. - Вот посмотри", - и вытянул руку. Подчиненная величайшему усилию воли, она больше не дрожала. "Я тебе покажу, кто здесь правитель, черт возьми! - пригрозил он безвинному небу. - Это я". - И постучал себя в грудь.
Подумать только, что мысль может прожить так долго! Наверно, миллион лет все эти мысли о смерти, смутах, завоеваниях таились в безвредной на первый взгляд, но ядовитой атмосфере планеты и ждали живого человека, чтобы он стал сосудом для проявления их бессмысленной злобы.
Теперь, когда он почувствовал себя лучше, все это казалось, глупостью. Все, что мне нужно, думал он, это продержаться шесть суток без сна. Тогда они не смогут так мучить меня. Когда я бодрствую, я хозяин положения. Я сильнее, чем эти сумасшедшие военачальники с их идиотскими ордами трубачей и носителей мечей и щитов.
"Но выдержу ли я? - усомнился он. - Целых шесть ночей? Не спать? Нет, я не буду спать. У меня есть кофе, и таблетки, и книги, и карты. Но я уже сейчас устал, так устал, - думал он. - Продержусь ли я?"
Ну а если нет... Тогда пистолет всегда под рукой.
Интересно, куда денутся эти дурацкие монархи, если пустить пулю на помост, где они выступают? На помост, который - весь их мир. Нет. Ты, Леонард Сейл, слишком маленький помост. А они слишком мелкие актеры. А что если пустить пулю из-за кулис, разрушив декорации занавес, зрительный зал? Уничтожить помост, всех, кто неосторожно попадется на пути!
Прежде всего снова радировать в Марсопорт. Если найдут возможность прислать спасательный корабль поскорее, может быть, удастся продержаться. Во всяком случае, надо предупредить их, что это за планета; такое невинное с виду место в действительности не что иное, как обиталище кошмаров и дикого бреда.
Минуту он стучал ключом, стиснув зубы. Радио безмолвствовало.
Оно послало призыв о помощи, приняло ответ и потом умолкло навсегда.
"Какая насмешка, - подумал он. - Остается одно - составить план".
Так он и сделал. Он достал свой желтый карандаш и набросал шестидневный план спасения.
"Этой ночью, - писал он, - прочесть еще шесть глав "Войны и мира". В четыре утра выпить горячего черного кофе. В четверть пятого вынуть колоду карт и сыграть десять партий в солитер. Это займет время до половины седьмого, затем еще кофе. В семь послушать первые утренние передачи с Земли, если приемник вообще работает. Работает ли?"
Он проверил работу приемника. Тот молчал.
"Хорошо, - написал он, - от семи до восьми петь все песни, какие знаешь, развлекать самого себя. От восьми до девяти думать об Элен Кинг. Вспомнить Элен. Нет, думать об Элен прямо сейчас".
Он подчеркнул это карандашом.
Остальные дни были расписаны по минутам. Он проверил медицинскую сумку. Там лежало несколько пакетиков с таблетками, которые помогут не спать. Каждый час по одной таблетке все эти шесть суток. Он почувствовал себя вполне уверенным. "Ваше здоровье, Иорр, Тилле!" Он проглотил одну из возбуждающих таблеток и запил ее глотком обжигающего черного кофе.
Итак, одно следовало за другим, был Толстой, был Бальзак, ромовый джин, кофе, таблетки, прогулки, снова Толстой, снова Бальзак, опять ромовый джин, снова солитер. Первый день прошел так же, как второй, а за ним третий.
На четвертый день он тихо лежал в тени скалы, считая до тысячи пятерками, потом десятками, только чтобы загрузить чем-нибудь ум и заставить его бодрствовать. Глаза его так устали, что он вынужден был часто промывать их холодной водой. Читать он не мог, голова разламывалась от боли. Он был так изнурен, что уже не мог и двигаться. Лекарства привели его в состояние оцепенения. Он напоминал бодрствующую восковую фигуру. Глаза его остекленели, язык стал похож на заржавленное острие пики, а пальцы словно обросли мехом и ощетинились иглами.
Он следил за стрелкой часов... Еще секундой меньше, думал он. Две секунды, три секунды, четыре, пять, десять, тридцать секунд. Целая минута. Теперь уже на целый час меньше осталось ждать. О корабль, поспеши же к назначенной цели!
Он тихо засмеялся.
А что случится, если он бросит все и уплывет в сон? Спать, спать, быть может, грезить. Весь мир - помост. Что, если он сдастся в неравной борьбе и падет?
"Ииииииии", - высокий, пронзительный, грозный звук разящего металла.
Он содрогнулся. Язык шевельнулся в сухом, шершавом рту.
Иорр и Тилле снова начнут свои стародавние распри.
Леонард Сейл совсем сойдет с ума.
И победитель овладеет останками этого безумца - трясущимся, хохочущим диким телом - и пошлет его скитаться по лицу планеты на десять, двадцать лет, а сам надменно расположится в нем и будет творить суд, и отправлять на казнь величественным жестом, и навещать души невидимых танцовщиц. А самого Леонарда Сейла, то, что от него останется, отведут в какую-нибудь потаенную пещеру, где он пробудет двадцать безумных лет, кишащий червями и войнами, насилуемый древними диковинными мыслями.
Когда придет спасательный корабль, он не найдет ничего. Сейла спрячет ликующая армия, сидящая в его голове. Спрячет где-нибудь в расщелине, и Сейл станет гнездом, в котором какой-нибудь Иорр будет высиживать свои гнусные планы. Эта мысль едва не убила его.
Двадцать лет безумия. Двадцать лет пыток, двадцать лет, заполненных делами, которые ты не хочешь делать. Двадцать лет бушующих войн, двадцать лет тошноты и дрожи.
Голова его упала на колени. Веки со скрежетом разомкнулись и с легким шумом закрылись. Барабанная перепонка устало хлопнула.
"Спи, спи", - запели слабые голоса.
"У меня... у меня есть к вам предложение, - подумал Леонард Сейл. - Слушайте, ты, Иорр, и ты, Тилле! Иорр, ты, и ты тоже, Тилле! Иорр, ты можешь владеть мной по понедельникам, средам и пятницам. Тилле, ты будешь сменять его по воскресеньям, вторникам и субботам. В четверг я выходной. Согласны?"
"Ээээээээ", - пели морские приливы, кипя в его мозгу.
"Оооооооох", - мягко-мягко пели отдаленные голоса.
"Что вы скажете? Поладим на этом, Иорр, Тилле?"
"Нет!" - ответил один голос.
"Нет!" - сказал другой.
"Жадюги, оба вы жадюги! - жалобно вскричал Сейл. - Чума на оба ваших дома!"
Он спал.

Он был Иорром, и драгоценные кольца сверкали на его руках. Он появился у ракеты и выставил вперед руку, направляя слепые армии. Он был Иорром, древним предводителем воинов, украшенных драгоценными камнями.
И он был Тилле, любимцем женщин, убийцей собак!
Почти бессознательно его рука потянулась к кобуре у бедра. Спящая рука вытащила пистолет Рука поднялась, пистолет прицелился. Армии Тилле и Иорра вступили в бой.
Пистолет выстрелил.
Пуля оцарапала лоб Сейла и разбудила его.
Выбравшись из осады, он не спал следующие шесть часов. Теперь он знал, что это безнадежно. Он промыл и перевязал рану. Он пожалел, что не прицелился точнее, тогда все было бы уже кончено. Он взглянул на небо. Еще два дня. Еще два. Торопись, корабль, торопись. Он отупел от бессонницы.
Бесполезно. К концу этого срока он уже вовсю бредил. Он поднял пистолет, и положил его, и поднял снова, приложил к голове, нажал было пальцем на спусковой крючок, передумал, снова посмотрел на небо.
Наступила ночь. Он попытался читать, но отбросил книгу прочь. Разорвал ее и сжег, просто чтобы чем-нибудь заняться.
Как он устал! Через час, решил он.
"Если ничего не случится, я убью себя. Теперь серьезно. На этот раз не струшу". Он приготовил пистолет и положил его на землю рядом с собой.
Теперь он был очень спокоен, хотя и ужасно измучен. С этим будет покончено.
В небе показалось пламя.
Это было так неправдоподобно, что он заплакал.
"Ракета", - сказал он, вставая. "Ракета!" - закричал он, протирая глаза, и побежал вперед.
Пламя становилось все ярче, росло, опускалось.
Он бешено размахивал руками, спеша вперед, бросив пистолет, и припасы, и все.
"Вы видите это, Иорр, Тилле! Дикари, чудовища, я вас одолел! Я победил! За мной пришли! Я победил, черт бы вас побрал".
Он злорадно усмехнулся, поглядев на скалы, небо, на собственные руки.
Ракета села. Леонард Сейл, качаясь, ждал, когда откроется дверь.
"Прощай, Иорр, прощай, Тилле!" - ухмыляясь, с горящими глазами, победно закричал он.
"Ээээээ", - затих вдалеке рев.
"Ааааааах", - угасли голоса.
Широко раскрылся шлюзовой люк ракеты. Из него выпрыгнули два человека.
- Сейл? - спросили они. - Мы - корабль АСДН номер тринадцать. Перехватили ваш SOS и решили сами вас подобрать. Корабль из Марсопорта придет только послезавтра. Мы бы хотели немного отдохнуть. Неплохо здесь переночевать, потом забрать вас, и отправиться дальше.
- Нет, - произнес Сейл, и лицо его исказилось от ужаса. - Нельзя переночевать...
Он не мог говорить. Он упал на землю.
- Быстрей, - произнес над ним голос в туманном вихре. - Дай ему немного жидкой пищи и снотворного. Ему нужна еда и отдых.
- Не надо отдыха! - завопил Сейл.
- Бредит, - тихо сказал один из них.
- Нельзя спать! - вопил Сейл.
- Тише, тише, - сказал человек нежно. Игла вонзилась в руку Сейла.
Сейл колотил руками и ногами.
- Не надо спать, поедем! - страшно кричал он. - Ну поедем!
- Бред, - сказал один. - Шок.
- Не надо снотворного! - пронзительно кричал Сейл.
Снотворное разливалось по его телу.
"Эээээээээ", - пели древние ветры.
"Ааааааааааах", - пели древние моря.
- Не надо снотворного, нельзя спать, пожалуйста, не надо, не надо, не надо! - кричал Сейл, пытаясь подняться. - Вы... не... знаете!..
- Не волнуйся, старик, ты теперь в безопасности, не о чем беспокоиться.
Леонард Сейл спал. Двое стояли над ним. По мере того как они смотрели на него, черты его лица менялись все больше и больше.
Он стонал, и плакал, и рычал во сне. Его лицо беспрестанно преображалось. Это было лицо святого, грешника, злого духа, чудовища, мрака, света, одного, множества, армии, пустоты - всего, всего!
Он корчился во сне.
- Ээээээээээ! - взорвался криком его рот. - Иииииии! - визжал он.
- Что с ним? - спросил один из спасителей.
- Не знаю. Дать еще снотворного?
- Да, еще дозу. Нервы. Ему надо много спать.
Они вонзили иглу в его руку. Сейл корчился, плевался и стонал.
И вдруг умер.
Он лежал, а двое стояли над ним.
- Какой ужас! - сказал один. - Как ты это объяснишь?
- Шок. Бедный малый. Какая жалость. - Они закрыли ему лицо. - Ты когда-нибудь видел подобное лицо?
- Абсолютно безумное.
- Одиночество. Шок.
- Да. Боже, что за выражение! Не хотел бы я когда-нибудь еще увидеть такое лицо.
- Какая беда, ждал нас, и мы прибыли, а он все равно умер.
Они огляделись вокруг.
- Что будем делать? Переночуем здесь?
- Да. И хорошо бы не в корабле.
- Сначала похороним его, конечно.
- Само собой,
- И будем спать на свежем воздухе, ладно? Хорошо снова поспать на свежем воздухе. После двух недель в этом проклятом корабле.
- Давай. Я подыщу для него место. А ты готовь ужин, идет?
- Идет.
- Хорошо поспим сегодня.
- Отлично, отлично.
Они выкопали могилу, прочитали молитву. Потом молча выпили по чашке вечернего кофе. Они вдыхали сладкий воздух планеты и смотрели на чудесное небо и яркие и прекрасные звезды.
- Какая ночь! - сказали они, укладываясь.
- Приятных сновидений, - сказал один, поворачиваясь.
И другой ответил:
- Приятных сновидений.
Они заснули.


Рэй Брэдбери

­­
Все лето в один день Пeчaль в сообществе Бесконечность 10:27:17
- Готовы?
- Да!
- Уже?
- Скоро!
- А ученые верно знают? Это правда будет сегодня?
- Смотри, смотри, сам видишь!
Подробнее…Теснясь, точно цветы и сорные травы в саду, все вперемешку, дети старались выглянуть наружу - где там запрятано солнце? Лил дождь. Он лил не переставая семь лет подряд; тысячи и тысячи дней, с утра до ночи, без передышки дождь лил, шумел, барабанил, звенел хрустальными брызгами, низвергался сплошными потоками, так что кругом ходили волны, заливая островки суши. Ливнями повалило тысячи лесов, и тысячи раз они вырастали вновь и снова падали под тяжестью вод. Так навеки повелось здесь, на Венере, а в классе было полно детей, чьи отцы и матери прилетели застраивать и обживать эту дикую дождливую планету.
- Перестает! Перестает!
- Да, да!
Марго стояла в стороне от них, от всех этих ребят, которые только и знали, что вечный дождь, дождь, дождь. Им всем было по девять лет, и если выдался семь лет назад такой день, когда солнце все-таки выглянуло, показалось на час изумленному миру, они этого не помнили. Иногда по ночам Марго слышала, как они ворочаются, вспоминая, и знала: во сне они видят и вспоминают золото, яркий желтый карандаш, монету - такую большую, что можно купить целый мир. Она знала, им чудится, будто они помнят тепло, когда вспыхивает лицо и все тело - руки, ноги, дрожащие пальцы. А потом они просыпаются - и опять барабанит дождь, без конца сыплются звонкие прозрачные бусы на крышу, на дорожку, на сад и лес, и сны разлетаются как дым.
Накануне они весь день читали в классе про солнце. Какое оно желтое, совсем как лимон, и какое жаркое. И писали про него маленькие рассказы и стихи.
Мне кажется, солнце - это цветок,
Цветет оно только один часок.

Такие стихи сочинила Марго и негромко прочитала их перед притихшим классом. А за окнами лил дождь.
- Ну, ты это не сама сочинила! - крикнул один мальчик.
- Нет, сама, - сказала Марго, - Сама.
- Уильям! - остановила мальчика учительница.
Но то было вчера. А сейчас дождь утихал, и дети теснились к большим окнам с толстыми стеклами.
- Где же учительница?
- Сейчас придет.
- Скорей бы, а то мы все пропустим!
Они вертелись на одном месте, точно пестрая беспокойная карусель. Марго одна стояла поодаль. Она была слабенькая, и казалось, когда-то давно она заблудилась и долго-долго бродила под дождем, и дождь смыл с нее все краски: голубые глаза, розовые губы, рыжие волосы - все вылиняло. Она была точно старая поблекшая фотография, которую вынули из забытого альбома, и все молчала, а если и случалось ей заговорить, голос ее шелестел еле слышно. Сейчас она одиноко стояла в сторонке и смотрела на дождь, на шумный мокрый мир за толстым стеклом.
- Ты-то чего смотришь? - сказал Уильям. Марго молчала.
- Отвечай, когда тебя спрашивают!
Уильям толкнул ее. Но она не пошевелилась; покачнулась - и только. Все ее сторонятся, даже и не смотрят на нее. Вот и сейчас бросили ее одну. Потому что она не хочет играть с ними в гулких туннелях того города-подвала. Если кто-нибудь осалит ее и кинется бежать, она только с недоумением поглядит вслед, но догонять не станет. И когда они всем классом поют песни о том, как хорошо жить на свете и как весело играть в разные игры, она еле шевелит губами. Только когда поют про солнце, про лето, она тоже тихонько подпевает, глядя в заплаканные окна.
Ну а самое большое ее преступление, конечно, в том, что она прилетела сюда с Земли всего лишь пять лет назад, и она помнит солнце, помнит, какое оно, солнце, и какое небо она видела в Огайо, когда ей было четыре года. А они - они всю жизнь живут на Венере; когда здесь в последний раз светило солнце, им было только по два года, и они давно уже забыли, какое оно, и какого цвета, и как жарко греет. А Марго помнит.


- Оно большое, как медяк, - сказала она однажды и зажмурилась.
- Неправда! - закричали ребята.
- Оно - как огонь в очаге, - сказала Марго.
- Врешь, врешь, ты не помнишь! - кричали ей.
Но она помнила и, тихо отойдя в сторону, стала смотреть в окно, по которому сбегали струи дождя. А один раз, месяц назад, когда всех повели в душевую, она ни за что не хотела стать под душ и, прикрывая макушку, зажимая уши ладонями, кричала - пускай вода не льется на голову! И после того у нее появилось странное, смутное чувство: она не такая, как все. И другие дети тоже это чувствовали и сторонились ее.
Говорили, что на будущий год отец с матерью отвезут ее назад на Землю - это обойдется им во много тысяч долларов, но иначе она, видимо, зачахнет. И вот за все эти грехи, большие и малые, в классе ее невзлюбили. Противная эта Марго, противно, что она такая бледная немочь, и такая худющая, и вечно молчит и ждет чего-то, и, наверно, улетит на Землю...


- Убирайся! - Уильям опять ее толкнул. - Чего ты еще ждешь?
Тут она впервые обернулась и посмотрела на него. И по глазам было видно, чего она ждет. Мальчишка взбеленился.
- Нечего тебе здесь торчать! - закричал он. - Не дождешься, ничего не будет! Марго беззвучно пошевелила губами.
- Ничего не будет! - кричал Уильям. - Это просто для смеха, мы тебя разыграли. Он обернулся к остальным. - Ведь сегодня ничего не будет, верно?
Все поглядели на него с недоумением, а потом поняли, и засмеялись, и покачали головами: верно, ничего не будет!
- Но ведь... - Марго смотрела беспомощно. - Ведь сегодня тот самый день, - прошептала она. - Ученые предсказывали, они говорят, они ведь знают... Солнце...


- Разыграли, разыграли! - сказал Уильям и вдруг схватил ее.
- Эй, ребята, давайте запрем ее в чулан, пока учительницы нет!
- Не надо, - сказала Марго и попятилась.
Все кинулись к ней, схватили и поволокли, - она отбивалась, потом просила, потом заплакала, но ее притащили по туннелю в дальнюю комнату, втолкнули в чулан и заперли дверь на засов. Дверь тряслась: Марго колотила в нее кулаками и кидалась на нее всем телом. Приглушенно доносились крики. Ребята постояли, послушали, а потом улыбнулись и пошли прочь - и как раз вовремя: в конце туннеля показалась учительница.
- Готовы, дети? - она поглядела на часы.
- Да! - отозвались ребята.
- Все здесь?
- Да!
Дождь стихал. Они столпились у огромной массивной двери. Дождь перестал. Как будто посреди кинофильма про лавины, ураганы, смерчи, извержения вулканов что-то случилось со звуком, аппарат испортился, - шум стал глуше, а потом и вовсе оборвался, смолкли удары, грохот, раскаты грома... А потом кто-то выдернул пленку и на место ее вставил спокойный диапозитив - мирную тропическую картинку. Все замерло - не вздохнет, не шелохнется. Такая настала огромная, неправдоподобная тишина, будто вам заткнули уши или вы совсем оглохли. Дети недоверчиво подносили руки к ушам. Толпа распалась, каждый стоял сам по себе. Дверь отошла в сторону, и на них пахнуло свежестью мира, замершего в ожидании.
И солнце явилось. Оно пламенело, яркое, как бронза, и оно было очень большое. А небо вокруг сверкало, точно ярко-голубая черепица. И джунгли так и пылали в солнечных лучах, и дети, очнувшись, с криком выбежали в весну.


- Только не убегайте далеко! - крикнула вдогонку учительница. - Помните, у вас всего два часа. Не то вы не успеете укрыться!
Но они уже не слышали, они бегали и запрокидывали голову, и солнце гладило их по щекам, точно теплым утюгом; они скинули куртки, и солнце жгло их голые руки.
- Это получше наших искусственных солнц, верно?
- Ясно, лучше!
Они уже не бегали, а стояли посреди джунглей, что сплошь покрывали Венеру и росли, росли бурно, непрестанно, прямо на глазах. Джунгли были точно стая осьминогов, к небу пучками тянулись гигантские щупальца мясистых ветвей, раскачивались, мгновенно покрывались цветами - ведь весна здесь такая короткая. Они были серые, как пепел, как резина, эти заросли, оттого что долгие годы они не видели солнца. Они были цвета камней, и цвета сыра, и цвета чернил, и были здесь растения цвета луны.
Ребята со смехом кидались на сплошную поросль, точно на живой упругий матрац, который вздыхал под ними, и скрипел, и пружинил. Они носились меж деревьев, скользили и падали, толкались, играли в прятки и в салки, но главное - опять и опять, жмурясь, глядели на солнце, пока не потекут слезы, и тянули руки к золотому сиянию и к невиданной синеве, и вдыхали эту удивительную свежесть, и слушали, слушали тишину, что обнимала их словно море, блаженно спокойное, беззвучное и недвижное. Они на все смотрели и всем наслаждались. А потом, будто зверьки, вырвавшиеся из глубоких нор, снова неистово бегали кругом, бегали и кричали. Целый час бегали и никак не могли угомониться. И вдруг... Посреди веселой беготни одна девочка громко, жалобно закричала. Все остановились. Девочка протянула руку ладонью кверху.


- Смотрите, сказала она и вздрогнула. - Ой, смотрите!
Все медленно подошли поближе. На раскрытой ладони, по самой середке, лежала большая круглая дождевая капля. Девочка посмотрела на нее и заплакала. Дети молча посмотрели на небо.
- О-о...
Редкие холодные капли упали на нос, на щеки, на губы. Солнце затянула туманная дымка. Подул холодный ветер. Ребята повернулись и пошли к своему дому-подвалу, руки их вяло повисли, они больше не улыбались.
Загремел гром, и дети в испуге, толкая друг дружку, бросились бежать, словно листья, гонимые ураганом. Блеснула молния - за десять миль от них, потом за пять, в миле, в полумиле. И небо почернело, будто разом настала непроглядная ночь. Минуту они постояли на пороге глубинного убежища, а потом дождь полил вовсю. Тогда дверь закрыли, и все стояли и слушали, как с оглушительным шумом рушатся с неба тонны, потоки воды - без просвета, без конца.
- И так опять будет целых семь лет?
- Да. Семь лет. И вдруг кто-то вскрикнул:
- А Марго?
- Что?
- Мы ведь ее заперли, она так и сидит в чулане.
- Марго...
Они застыли, будто ноги у них примерзли к полу. Переглянулись и отвели взгляды. Посмотрели за окно - там лил дождь, лил упрямо, неустанно. Они не смели посмотреть друг другу в глаза. Лица у всех стали серьезные, бледные. Все потупились, кто разглядывал свои руки, кто уставился в пол.
- Марго...
Наконец одна девочка сказала:
- Ну что же мы?...
Никто не шелохнулся.
- Пойдем... - прошептала девочка.
Под холодный шум дождя они медленно прошли по коридору. Под рев бури и раскаты грома перешагнули порог и вошли в ту дальнюю комнату, яростные синие молнии озаряли их лица. Медленно подошли они к чулану и стали у двери.
За дверью было тихо. Медленно, медленно они отодвинули засов и выпустили Марго.


Рэй Брэдбери

­­
.святые дороги открыты тебе. альфaрий 06:29:18
минусы быть мной:
Любой неаккуратный мудак может снести своим сраным огромным рюкзаком на пару метров
Вчера — понедельник, 12 ноября 2018 г.
\\\ Lion O 19:50:51

диси сосатб

пидор
как же я его ненавижу
­­


Категории: Комиксы
[.Recipe - Golden rush (C-grade).] Maestro Hateless 01:13:10
____________[.Recipe - Golden rush (C-grade).]________­____
.Комбинация из арсенала народной медицины, очень специфична, но крайне эффективна и доступна. Этот рецепт отклоняется от традиционной выжимки сока из редьки, обновленная, более жесткая версия, получившая жизнь благодаря техническим новшествам. :)­ Старый рецепт экстракции сока описывать не буду, он слабее на мой взгляд. Итак, жидкое пюре из черной редьки с натуральным медом.
___________________­____________________­____________________­_____
Ингредиенты:
1) Черная редька, зелень опционально
2) Натуральный мёд предпочитаемого сорта
3) Вода
Оптимальное соотношение 1 небольшая редька на 3-5 чайных ложек мёда и 100 мл воды, +\- различия сортов и подборка приемлемого вкуса.
___________________­____________________­____________________­_____
Приготовление:
1) Отмыть редьку\зелень, очистить, порезать, кинуть в блендер, без настаивания на воздухе, вымачивания в воде и прочего
2) Взбить, добавить воду, еще раз взбить до пюре-смузи-образног­о состояния, если мощность блендера позволяет, то в идеале должна получиться теплая пюрешка
3) Наложить и сразу заправить медом, перемешав до максимально однородной консистенции, не выжидать, не оставлять подышать и так далее, употреблять сразу, желательно чайной ложкой понемногу, рассасывать по максимуму для получения максимума плюшек
___________________­____________________­____________________­_____
Что дает:
1) Подпитку и прогрев
2) Синергию кучи полезных веществ, с аннулированием\смяг­чением минусов друг друга
3) Удачное сочетание с прочищающим эффектом, следствием которого является уменьшение отеков
4) Стимулирует и нормализует пищеварение, улучшает аппетит
5) Бактерицидное, активирующее, общеукрепляющее, противогрибковое, глистогонное, противоопухолевое, иммуномодулирующее свойства
7) Очищение полости рта
9) Положительное влияние на сердечно-сосудистую­ систему как следствие
10) Сок редьки сам по себе обладает мощными очищающими свойствами, растворяет и выводит камни в желчном и мочевом пузыре
11) Сочетание двух сырых продуктов сохраняющих все свойства им приписываемые, на один сырой прием пищи больше
12) Всё гениальное просто
___________________­____________________­____________________­_____
Побочки:
Индивидуальная непереносимость, разумеется, разного рода болезни, это понятно, каждый и сам знает для себя, т.к. продукты не редкие и доступные, серьезных побочных эффектов не замечал. Однако, вещества довольно суровые.
___________________­____________________­____________________­_____
Главные фишки сочетания веществ:
Это одна из самых эффективных комбинаций против простудных заболеваний. Редька усиливает мёд, мёд усиливает редьку, вода смягчает и еще больше упрощает усвоение. Распространен вариант экстракции сока, минуя употребление клетчатки и настаивают, но субъективно, и по ощущениям и по вкусу сразу понятно, что вариант с пюре сильнее, насыщеннее, полнее, идеальная штука для разгрузочных дней при отсутствии противопоказаний, разумеется. В перспективе не только почистит, но и пролечит еще не проявившиеся недуги.
___________________­____________________­____________________­_____
Механизм:
Прост и интуитивно понятен.
___________________­____________________­____________________­_____
Замечания:
Знаменитая фраза "пусть пища станет твоим лекарством" в данном случае актуальна как никогда, горькое лекарство, однако, как ни смягчай, но в описанном варианте вполне себе ничего - экзотично даже как-то.


Музыка .Lofi
Позавчера — воскресенье, 11 ноября 2018 г.
подумала, а что если написать цикл... Мария ГБ 17:22:39
подумала, а что если написать цикл коротких рассказов о своих тусовках и приключениях (не всегда законных кста)? И, может, стоит завести для этого анонимный дневник? Хотя, сейчас уже эти тусы закончились и в мою жизнь пришли покой и стабильность...

на эту тему, кстати, меня навела книга Тесли.

попробую набросать план первого рассказа.

Кладоискатели.

Действующие лица:
1. М., в которого я на тот момент была влюблена.
2. Д., лучший друг М., буддист.
3. Н., моя близкая на тот момент подруга.
4. И я.

1. одна станция метро на желтой ветке, восток. ждем маршрутку. нас четверо. одалживаю М. деньги на нее. садимся в переполненную маршрутку, постоянно смеемся. Н. называет М. Никитой - снова смеемся. обсуждаем буддизм и кришнаитство. выходим на нужной остановке, чуть не проезжая ее, вокруг огромный парк.
2. я настраиваю с планшета навигатор по координатам, вызываюсь быть проводником. идем по еще освещенному ноябрьским солнцем парку. разговоры на периферии сознания. попытка вникнуть в то, как нам идти. М. и Д. предлагают свернуть на тропинку и пройти напрямую через лесок.
3. сворачиваем на тропы, пытаемся идти по ним. земля влажная, вся в опавшей листве. тропинка в ней теряется и пропадает. идем по месиву из грязи и листьев, проваливаемся в него, иногда даже по щиколотку. громко и нецензурно ругаемся, особенно я. шутки про Сусанина. перебираемся через ручей, я не падаю в него лишь благодаря поддерживающему меня Д.
4. спустя час непродуктивных метаний и попыток обхода болотец из жижи наконец находим точку. М. надевает найденную на Тверской перчатку, которую мы прозвали спидозной. пытаемся копать. уже темно. тихо ругаемся и используем фонарики на почти севших телефонах. перед собачниками делаем вид, что мы тут просто стоим и курим. М. ругается особенно сильно - клад принадлежит ему и Д., я до сих пор не знаю, что там было. Пытаемся искать, но так ничего и не находим, перекопав всю землю вокруг дерева.
5. возвращаемся ни с чем, по картам наконец найдя оптимальный путь. переходим по дереву тот самый ручей, который в этом месте куда как глубже и внушительней. я в него падаю, проваливаясь почти по колено в воду и грязь. доходим до надземного перехода, там находим забавную надпись от таких же как и мы кладоискателей, но куда как более везучих, я делаю фото. ждем маршрутку. тут в телегу после сообщения о ненаходе приходит еще несколько почему-то не отправленных до этого фотографий. устало возвращаемся на место.
6. нашли клад. М. копал его уже моей кожаной перчаткой, порвав в ней своей огромной лапой подкладку. Н. с ним почти все время с момента дополнительных фотографий откровенно флиртует, что меня неимоверно бесит, ибо она знает о моих эмоциях к М. по дороге назад они находят старый футбольный мяч и вдвоем перекидываются им. я от ревности психую, беру Д. под руку и иду с ним, слушая его пространные рассказы на тему буддизма (вспомнить бы эти диалоги хотя бы примерно...), потом мы просто уютно молчим, все еще идя под руку. мяч, к моему злорадному удовольствию, наконец попадает в находящийся от нас по левую руку полузамерзший пруд.
7. походим к переходу. ребята обсуждают психоделики, конкретно - грибы. я молча слушаю, ибо мой опыт на тот момент в этом всем - "последний раз потребляла гашиш 5 лет назад".
8. приехали на станцию метро, ищем, где можно купить сигареты, воду, влажные салфетки. очищаем обувь, руки и сумки от грязи.
9. заключение. едем в метро, на нужных станциях тепло прощаемся друг с другом.



Категории: Автобиографическое, Проза, Размышления, План, Из жизни, Мое
V  
Я создал шедевр, а Вы, поможете это доказать.

Открыто для всех тех, кого заебало тухлое общение и рамки.


Анкета - http://willywonkaa0­0.beon.ru/0-2-anketa­.zhtml
Имеющиеся лица - http://willywonkaa0­0.beon.ru/0-3-imejus­chiesja-lica.zhtml
v rockstar1234567 09:49:50
паша вчера интересовался моей песней , хотел скачать на телефон. так приятно. значит не зря все это ))
хочу перестать бояться, часто испытываю страх, хочу повысить уровень сознательности. чтобы быстрее все осознавать. все же просто, когда готовишься , собран, знаешь зачем тебе нужно то и то + почему. только на это нужно время и силы. их можно найти с желанием. значит я недостаточно хочу , не знаю зачем мне все это, мне нужен конкретный план достижения цели, прописать почему и зачем, прописать что делать каждый день, даже каждый час и минуту в плане мыслей, потому что это куда более важная работа даже. каждое утро повторять квинтовый круг, сейчас хоть начал читать каждый день и делать музыку, теперь как можно быстрее закончить перуб песню , записать , свести
суббота, 10 ноября 2018 г.
Какая конференция по телекоммуникациям сейчас без 5G, IoT, Big Data и… барабанщиц? 23vek 19:56:13
 ­­

31 октября в Санкт-Петербурге состоялся VI Международный Съезд TELECOMTREND 2018, посвященный новейшим технологиям и трендам в отрасли телекоммуникаций и смежным отраслям. Съезд получил высокую оценку федерального агентства РОССВЯЗЬ, Комитета по информатизации и связи Санкт-Петербурга, директоров и руководителей профильных компаний, а также экспертов отрасли.

Организаторами Съезда выступили Центр 23 век, портал 1234G.ru, СПбГУТ им. проф. М. А. Бонч-Бруевича.

Начало торжественной части Съезда потрясло всех делегатов. Под ритмичный бой барабанов на авансцене выступили участницы шоу барабанщиц «Феерия» – коллектив, участвовавший в открытии Олимпийских игр в Сочи в 2014 году. Их блестящий номер подготовил спонсор развлекательной программы – Агенство A3 Event & MICE.
После торжественного перерезания ленточки пленарное заседание открыл Член Президиума научного совета по информатизации при Правительстве Санкт-Петербурга Валентин Жигадло. В своем приветствии участникам Съезда он подчеркнул важность мероприятия в условиях выполнения задач, поставленных общероссийской государственной программой перехода к цифровой экономике. Андрей Бадьин, директор по развитию компании Tottoli LTD – золотого спонсора TELECOMTREND, призвал делегатов уделить особое внимание темам безопасности сетей связи, а также виртуализации – одного из основных трендов телекома. Продолжил тему обмена опытом заведующий кафедрой радиосвязи и вещания, профессор СПбГУТ им. проф. М. А. Бонч-Бруевича Олег Воробьев, который выразил благодарность оргкомитету Съезда, подчеркнул важность и актуальность мероприятия. Кроме того, он зачитал Приветствие делегатам Съезда от руководителя Федерального агентства связи (Россвязь) Олега Духовницкого:

«Приветствую участников и организаторов VI Международного съезда TELECOMTREND-2018. Съезд TELECOMTREND по праву считается авторитетной площадкой для профессионалов отрасли. В этом году в центре внимания экспертов реализация программы «Цифровая экономика», которая в соответствии с майским указом Президента России Владимира Путина была трансформирована в национальную программу, а ее направления стали федеральными проектами. Программа мероприятия включает самые актуальные вопросы построения цифровой среды: защита населения от реальных и виртуальных угроз, импортозамещение телеком-оборудовани­я, текущее состояние и перспективы внедрения пятого поколения сетей мобильной связи (5G); внедрение разработок и технологий, имеющих «сквозной» и межотраслевой эффект (обработка и анализ больших массивов данных, Интернет вещей и др.), состояние рынка MVNO в России и мире и др. Уверен, что обмен опытом и объединение совместных усилий даст новый импульс развитию ИКТ-инфраструктуры нового поколения, способствует выработке консолидированной позиции по вопросам, представляющим общий интерес для развития рынка мобильной связи и телекоммуникаций в целом».


Итоги пленарного заседания по организованному телемосту подвел Дмитрий Мариничев, представитель Уполномоченного при Президенте РФ по защите прав предпринимателей в сфере интернета (Интернет-омбудсмен­). Он указал на необходимость приоритизации курса на цифровую экономику, в частности совершенствования законодательства и повышения корректности оценок достигнутых результатов. Благодаря компании BREEZE Media Group, которая вела прямую трансляцию TELECOMTREND 2018, эти слова услышали не только делегаты в зале, но и многочисленная интернет-аудитория.­

Первую секцию «5G и другие тренды» открыл доклад Валентина Жигадло, в котором он подробно обрисовал дорожную карту перехода к цифровой экономике в России. Доклад вызвал живую дискуссию и споры в зале. Аль-Амери Хамед (Йемен) поделился своим взглядом на распределение радиочастотных ресурсов в нелицензионном диапазоне между различными технологиями. Владимир Леоненко, Генеральный директор Leo&Co Telecom and IT consulting, представил и обсудил с залом свой взгляд на вопросы перспектив внедрения сетей 5G в России и в мире. Антон Степутин, Основатель Съезда TELECOMTREND, руководитель портала 1234G.ru, автор книги «Мобильная связь на пути к 6G» – официального издания Съезда, представил обзорный доклад по современным трендам развития сетей мобильной связи. Через телемост Francis E.Idachaba, Professor Communication Engineering, Department of Electrical and Information Engineering, Covenant University Ota (Nigeria), рассказал о последствиях перехода к сетям 5G для развивающихся стран. Высококачественный перевод доклада обеспечил англоязычный партнер Съезда – школа бизнес-английского BIS English. Завершил секцию доклад Аси Долгомер, студентки СПбГУТ, которая представила делегатам молодежный взгляд на внедрение новых технологий в телекоммуникациях.

В паузе между секциями организаторы разыграли призы от подарочных спонсоров: дома забавных енотов «Енотовиль», веселых сухих бассейнов Bubble Dreams, центра активных развлечений и супер-игры лазертаг «Портал-78».
Вторая секция «Виртуализация» началась с доклада Андрея Бадьина, директора по развитию компании Tottoli LTD. Андрей подробно рассказал о становлении, развитии и экономических аспектах деятельности виртуальных операторов (MVNO) в России и представил новую оригинальную платформу Tottoli GSM, которая позволяет каждому собрать свою собственную индивидуальную безопасную сеть. Артемий Пономарев, директор направления «Смартфон» Yota, указал на проблемы и пути решения внедрения услуг MVNO в России и даже поспорил с предыдущим докладчиком по некоторым аспектам. С интригующим докладом про «королевство виртуальной реальности» и проблемы цифровых двойников завершил секцию Игорь Мялковский, член правления клуба ИТ директоров CIO club Санкт-Петербурга, управляющий ЭТМ по взаимодействию с ВУЗами и отраслевыми учебными центрами, председатель конференции Secure IT World по информационной безопасности СЗФО. Он также представил свою новую книгу «Взаимодействие информационных систем в жизненном цикле объекта электроэнергетики и электротехники» и тут же подарил несколько экземпляров задававшим вопросы.

Перед кофе-брейком организаторы разыграли специальный приз от компании «Пироговый Дворик» – пирогового спонсора TELECOMTREND – вкуснейший пирог в виде матрешки. Остальные пироги от компании по достоинству оценили делегаты Съезда непосредственно во время кофе-брейка, кейтеринговые услуги для которого предоставила компания-профессион­ал в этой области – RSC Company. Кроме того, RSC Company предоставила со своей собственной фитнес-кухни здорового питания особое фитнес-печенье. Также делегаты обратили внимание на шикарное оформление Съезда шарами. Огромные буквы «TELECOMTREND», «фонтаны» и гирлянды воздушных шаров в особой черно-оранжево-сине­й гамме Съезда (которые обошли все фотографии участников) – это заслуга компании «Ярко Вверх» – спонсора оформления. Делегаты Съезда с удовольствием общались, подкреплялись и наслаждались волшебной шоу-программой от агентства A3. Всех поразил чарующий голос певицы Софьи Золотаревой и «живой» саксофон.

Третья секция «Телеком и бизнес» открылась рекрутинговой сессией, которую провела Мария Ансова, менеджер проектов МТС. Мария подробно рассказала о процессе поиска и приема на работу в новых реалиях, проконсультировала по вопросам составления и выбора специалистов по резюме. В заключение она продемонстрировала юмористически озвученный фрагмент «Криминального чтива», иллюстрирующий типичные ошибки ищущих работу, который вызвал ажиотаж и смех в зале. Далее о совместной работе без сложной интеграции рассказали Серафим Шабак-Спасский, представитель компании TEGRATECH, и Сергей Дудин, коммерческий директор компании «Атлант», которые представили стенд с современными интерактивными панелями CLEVERTOUCH. Завершил секцию доклад Юлии Севастьяновой, со-основателя маркетингового агентства Red Carpet Account Agency по сквозной бизнес-аналитике, телефонии и выявлению путей прихода доходных клиентов.

В ходе работы на Съезде участники вели не только «живое», но и современное онлайн networking-общение через систему REG.FM – партнера TELECOMTREND. Система позволила участникам указывать свои интересы, описывать услуги и предложения на мероприятии, а также искать партнеров, клиентов, назначать встречи и многое другое. В свою очередь удобно следить за происходящим на Съезде позволила оригинальная Z-card-программа (удобный складной формат для любых материалов), предоставленная партнером Съезда Z-CARD. Дизайн материалов обеспечила студия NIKO PRESS. А поддержку по дизайн-подаркам осуществила арт-студия Полины Подшиваловой.

Круглый стол TELECOMTREND «Планирование сетей» открыл вводным докладом модератор круглого стола – Валерий Степанец, генеральный директор компании «Инфотел», представившей на Съезде свои решения по расчету, оптимизации и легализации сетей в рамках новейшего программного комплекса ОНЕГА ОНЕПЛАН. Далее в президиум были приглашены Сергей Кузиков, генеральный директор компании «Гиронавтика», и Константин Марин, ведущий консультант Detecon International (Deutsche Telekom Group). В ходе живой дискуссии были подняты острые вопросы: радиопокрытие коммерчески непривлекательных районов, пределы оборудования, ограничения, накладываемые законодательством.

В перерыве на кофе-брейке делегаты вновь были обрадованы сюрпризом от агентства А3 – проделками милого и очень веселого мима Семы, который обеспечил всем отличные и забавные снимки. Кому от танцев и пантомим с мимом становилось жарко могли выпить чистейшей артезианской воды от партнера Съезда – компании «Хваловские воды».

Четвертая секция «Безопасность» была открыта докладом по телемосту Dr.Yousef Daradkeh, доцента и старшего научного сотрудника факультета вычислительной техники и сетей Университета принца Саттама бин Абдулазиза (PSAU) - KSA (Иордания). В нем он поднял вопросы безопасности мобильных приложений. Михаил Бродов, ведущий специалист ОАО «РЖД», поделился результатами своей научной работы по обеспечению выполнения требований ФЗ № 16 при использовании мобильных технологий.

Пятая секция «Интернет вещей. IoT» открылась любопытным докладом Александра Кириллова, специалиста независимого стартапа «Умный Улей». Создание высокотехнологичных­ ульев для пчел оказалось не только интересной теоретической задачей, но и востребованной и окупаемой на практике. Алексей Николаев, заместитель генерального директора Центра «23 век», автор книги «Мобильная связь на пути к 6G», неожиданно предложил создать амулет от роботов и обосновал необходимость этой задачи. Заключительный доклад секции по телемосту сделал Snusi Turfanda, Sales Director, FourDotOne Technology (Turkey), в котором он рассказал о цифровой трансформации промышленности, роли IoT и Big Data в этом направлении.

Ярким финальным аккордом Съезда стали розыгрыши призов от подарочных партнеров Съезда. Несколько увлекательных конкурсов провел ведущий «со стажем» Алексей Бегун.

В заключение Съезда при подведении итогов организаторы еще раз поблагодарили всех партнеров и спонсоров, отметили высокий уровень мероприятия и пригласили делегатов на VII Международный Съезд TELECOMTREND в 2019 году.

Категории: 2G, 3G, 4G, 5G, 6G, Ip, LTE, Mobile, Net, Telecom, Моб, Телеком, Связь, Мобильнаясвязь, Телекоммуникации
четверг, 8 ноября 2018 г.
https://vk.com/01w10 нот сэил. 13:53:57

vixi

последнее, что я тебе сказал тогда: пообещай, что будешь ждать.

это вселяло надежду, будто искренность твоего скромного ожидания скрасит и смягчит километры ужасающего расстояния, что нас будут разделять через ничтожные две минуты сорок, которые мы все равно потратили на поцелуи. нежные, исполненные в стиле французских романистов, со вкусом кедра, розе амабиле и печальной тоски по бесконечности неизведанного, что не хочешь узнавать, но должен своей участи и противишься безобразной судьбе.

мне потом сказали, - это был губительный способ сказать «mes vux les plus sincres».

и когда я услышал посадку на свой рейс, лишь на долю миллисекунды, в глазах твоих цвета какао велла я увидел безграничное желание не отпускать, приковать наручниками к изголовью огромной кровати шикарного лофта и умолять меня остаться, а потом все потухло - мгновение, что нам не постичь, и миг, которым нам никогда не овладеть сполна - и маска напускного безразличия плотно прижалась к твоему бархатному лицу с бонусной шикарной улыбкой и мимической ямочкой на правой щеке.

и я уехал покорять нью-йорк, потому что рисование - было и есть - единственной вещью, принадлежавшей мне по праву и сполна. поначалу мне ведь казалось и ты станешь моим, но узнав тебя поближе, ты оказался неуловимым, изворотливым паразитом, вселившимся в мое сознание, как в фильме ридли скотта чужой прицепился к эллен цепкими лапами на борту: с первого ненасытного взгляда у яркого желтого света фонаря на улице, усеянной сплошь гей-барами.

помнишь, как я в порыве ярости сказал, что лучше бы мы никогда не встречались, что тот ненавистный день, в который я сбежал из дома под предлогом учебы с подругой и получил свой первый секс от короля геев был ошибкой? я соврал.

даже если бы существовала машина времени, даже если бы мне сейчас было снова семнадцать, а тебе двадцать девять, то я бы никогда не свернул домой и не посмотрел на кого-то другого. я бы всегда, черт, всегда и во всех вариациях разношерстных развилок пугающей жизни выбирал тебя. я не хочу менять нашу историю: ни наш танец на моем выпускном из старших классов, ни твой молочный шарф армани в красных разводах, потому что после него гомофобный одноклассник на парковке пробил мне череп, ни мой тремор рук, ночные кошмары, беспрерывные панические атаки, ни твое «я о нем забочусь»; ни твои бесконечные трахи на стороне, которые я прощал, потому что ты говорил честно, что не можешь, не хочешь и не будешь моногамным; ни мою первую и единственную измену, которую ты в конечном итоге понял и с горечью простил, ни мое «вечности теперь длятся не так долго»; ни твой страшный рак, химиотерапию, куриные бульоны, нескончаемую тошноту; ни взрыв в клубе, после которого ты мне впервые сказал тихо и четко, что любишь; ни твое «солнышко», ни мои бесконечные «прости.прощай» или твое двусмысленное заявление «на наших дверях нет замков», смысл значения которого я осознал лишь спустя столько времени.

ты дал мне жилье, оплатил мой университет, который я, в конечном итоге, все равно не закончил, верных друзей и самое главное - позволил мне, такому маленькому и настойчивому мальчишке, проникнуть в мир, казалось бы, жестокий, холодный и грубый, но на деле - уютный, ранимый и уязвимый.

твой мир был малиновым закатом от приближающихся звезд по дороге вечного мрака.

ты сказал, это важно, чтобы я достиг успехов, и ты смог бы мной гордиться, а я бы смог гордиться собой. ты сказал, я - потрясающий, уникальный и неотразимый, что у меня все получится, ведь если мне удалось попасть в сердце такого отвратительного холерика, то какие-то выставки и признание - сущие пустяки.

спустя два месяца ты сказал, что нам не стоит созваниваться так часто, потому что это отвлекает меня от работы, а тебя от бизнеса, и вообще, мы превращаемся в какую-то слезливую пару лесбиянок. и потом ты перестал звонить, писать, отвечать. мы перестали общаться. шесть таких незабываемых лет погребли заживо быстрее полугода. наверно, это открытое равнодушие с твоей стороны задело мое самолюбие, и я попался в оковы колоритных стен пятой авеню: потные мальчики, легкие наркотики, вдохновение - я запутался в своих чувствах. подумал, что ты, такой далекий и увядающий, мне не нужен.

меня ломало, рвало на куски, мазало из стороны в сторону, пока я малевал новый третьесортный шедевр.

и спустя два года, таких мучительных, непонятных и удушающих, я снова начал рисовать твои портреты. я понял, что скучаю так сильно, что готов вернуться. и я понял, что можно стать известным и творить в маленьком городе, а тебя мне никто не заменит. тебя, такого великолепного в своем одиночестве, в красоте, непокорной временным рамкам. и когда я приехал, мама лишь покачала головой и попросила успокоиться, друзья отводили глаза, уходили от вопросов, наливали третий стакан, твой сын, имя которому я дал при нашем знакомстве, тихо скулил и бормотал под нос.

«где он?» - вырвалось у меня через две минуты сорок нашего семейного ужина. и все замолкли, время остановилось, и тишина начала давить.

«понимаешь, дорогой, рак вернулся. он умолял не говорить ни слова» - и я подумал, что меня обманывают, что они просто смеются, и на самом деле ты встретил новую любовь на одной из белых вечеринок и поселился с ним в париже или швеции.

потом мне показали дом, который ты купил нам, ожидая моего возращения, тонкие кольца, сделанные на заказ с гравировкой, дату свадьбы, которая могла бы, но не состоялась, и вообще, «это должен был быть сюрприз». но ведь ты с самого начала говорил, брак придумали гетеросексуалы, чтобы официально трахаться, тайно изменять, а в конце получать шквал обрушившегося дерьма и боли, и ты никогда на такое не подпишешься, даже под дулом браунинга. я надеваю кольцо на безымянный и громко спрашиваю, как это случилось, когда, и приговариваю, что вообще-то от рака при медикаментозном лечении так быстро не умирают. и все долго молчат, очень долго, пока не говорят, что ты на элегантном кадиллаке случайно пьяным слетел в кювет. ты не при каких обстоятельствах не сел бы пьяным в машину, я знаю. ещё я знаю, что у тебя с нашего расставания никого не было. и иногда в бреду, сгорбившись над унитазом, пока лучший друг поддерживал тебя за плечо, ты скулил и звал меня. сначала я злился, почему мне никто не сообщил, почему ни одного чертово дупло не решилось посплетничать, донести, намекнуть, что надо приехать и обругать тебя, такого глупого и напуганного мальчика за непослушание. но потом гнев сменился на боль от подкатившего к глотке разочарования, что я так и не получил тебя, слащавые клятвы, жизнь тупых моногамных людишек с детьми, встречами с соседями, совместными поездками на отдых всей семьей.

удивительно, но в лофте до сих пор пахнет тобой, то ли тут никто до сих пор не смел убраться, то ли дорогущий одеколон въелся и осел, то ли все это мне мерещится. люксовый крем от морщин на тумбочке, твой именной браслет с ракушками на моей тонкой руке, никем не подписанные бумаги рекламного агенства горой на шоколадном столе, галстуки прада на дверце полуоткрытого шкафа, панорамное окно во всю стену, и, боже, как тебе здесь было невыносимо одиноко. я задумываюсь об этом и начинаю плакать. правильно ты мне говорил, что если я начинаю мыслить, то это плохой знак.

а я постоянно в воспоминаниях о тебе, беспрерывно и безукоризненно.

и там ты проводишь указательным пальцем по моим пшеничным волосам, укладываешь ладонь на щеке и замираешь дыхание, смеешься с собственного сарказма, выбираешь наряд для ресторана, стонешь от моей утренней прихоти, выгибаешь спину и просишь меня внутри. и каждый две минуты сорок просишь меня остаться, та миллисекунда, тот взгляд, я прокрутил его прожектором перед собой столько раз, что уже сбился со счета. я будто стою под дождем турецкого сериала под песню wicked game, и не понимаю, что идут титры.

единственное, что я попросил тебя, когда уезжал - дождаться. мой любимый, непокорный мальчик, ты всегда делал все по-своему. и все, что я сейчас понимаю, проглатывая найденную в ванной хлорку, что любить тебя - было самым прекрасным и извращенным способом самоуничтожения.

des milliers de fois, merci. des milliers de fois, je suis dsole.

тысячу раз спасибо. тысячу раз прости.

Музыка The Neighbourhood - Leaving Tonight
среда, 7 ноября 2018 г.
взмах невидимых крыльев hungry moon 22:32:50

hidden passion

Сегодня я как-то снова вспомнила себя в пятнадцать лет. Мои мысли начались от Германа Гессе. Это мой любимый писатель. Кто-то, уже не помню, кто, сказал, что мы обычно идентифицируем себя с персонажами книг, поэтому та или иная книга нам нравится более других, герой оказывается более близок. Я не скажу, что согласна с этим, тем не менее, думаю, это применимо относительно меня и книг Германа. Когда я открываю его книги, я будто погружаюсь в свой собственный внутренний мир. Потому что я точно так чувствую, точно так думаю, даже пейзажи, описанные в его книгах, меня увлекают, поскольку именно таким языком, в таких чувствах я воспринимаю красивое. Мне кажется, что я очень близко его знаю. И первый раз я открыла его книгу, когда мне было 15 лет. Тогда я, помню, не дочитала, но позднее вернулась и открыла его для себя полностью. Надеюсь на этот Новый Год получить собрание его сочинений в 8-ми томах.
Почему-то даже АА считает, что его книги нудные, хотя и "концептуальные". Для меня же они совсем не являются нудными. Ритм его повествования созвучен моему внутреннему ритму. Он просто нетороплив и любит рассуждать, его герои довольно рефлексивны; чувствительны, но поглощены исследованием своего внутреннего мира, немного оторваны от действительности. Помню, я как-то думала, что если бы мы с Германом встретились, то кто-то из нас мог бы влюбиться в другого, томился бы, но другой об этом так бы и не узнал, мы бы не познакомились. Или же, наверное, при всей схожести, мы бы чувствовали друг к другу неприязнь, как одинаковые полюса отталкивает друг от друга. А, может, это была бы очередная книга о том, как мужская и женская часть одного человека не могут найти общего языка.
Кстати, отступлю еще. Мне претит, когда кто-то начинает анализировать книги и хочет непременно втянуть в этот процесс меня. На мой взгляд, это похоже на то, как что-то живое, чувствующее хотят вскрыть ножом и посмотреть, как это устроено. То есть организм хотят изучить как механизм. И это всегда так неполно. Интерпретации, интерпретации. Попытка высказать чувственное языком. Сама-то попытка хороша, но противоречит природе и убивает суть. И мне жаль, что я не могу донести многих вещей из-за того, что я их чувствую, но не могу сказать. И дело не в словарном запасе. Когда я начинаю объяснять, особенно, нечто объемное, для чего потребуется много слов, я будто начинаю постепенно убивать это как чувственное. Но как тогда передать?
Да, есть еще кое-что. Не дающее покоя. Это, для ясности, я все-таки пыталась объяснить в словах себе, хотя получилось не очень. В общем,
Мысль опережает текст. Я знаю, что мне нужно много писать, все свои мысли, теории, концепты. Потому что потом они сворачиваются, и я остаюсь знать их только чувственно. Обратно развернуть сложно, а затем сложно объяснить, как я пришла к выводам, строящимся на этих теориях. Да и, в целом, что-то мне подсказывает, что мне будет, кого учить. Что-то вроде предназначения. Кстати, такая глупость. Мне действительно хочется учеников. Но, я понимаю, что знание должно быть "объективно", что это должна быть какая-то дисциплина или навык, конечно, связанный с духовным развитием, в процессе которого я могла бы давать свои мысли обучаемым и получать обратно, обработанными, может, дополненными, видеть, как кто-то воспринимает это и это ему помогает. Но, да, я не обладаю, пожалуй, ничем. Я обладаю недооценкой своего мастерства в любой области. Мне постоянно кажется, что я "недозрела". Где-то это объективно, где-то - нет. Многие, не имея никаких оснований, делают громкие заявления о себе, тем не менее, так они начинают свою активность и подтягивают свои знания и навыки в процессе, но они умеют начать, умеют двигаться. Я же постоянно думаю, что мои знания и умения недостаточны для того, чтобы о них как-то заявлять. Таких примеров в моей жизни предостаточно в настоящий момент, какие-то из ситуаций - стабильны и растянуты во времени, это все то, что я никак не начну. Сейчас, к слову, я даже думаю, что не хочу иметь детей по той причине, что не смогу их научить ничему полезному, буду как-то плохо к ним относиться и вообще не так сильно кому-то нужна такая мама, как я. Депо. Ну, а учеников не жалко. Самый свежий пример такой недооценки себя - недавно катались на лошадях. Меня спросили о том, умею ли я кататься. Я невнятно покачала головой, что означало "так-сяк". В итоге мне чуть не дали мула, хотя, видя мою очень злобную физиономию, дали коня, но того, что был меньше. В итоге весь маршрут мы на конях шли пешком, с сопровождающим. Под самый конец я не выдержала и попросила, чтобы мне дали нормального коня прокатиться пару кругов по загону, но "по-человечески". Собственно, десять минут счастья было. После чего меня удивленно спросили, почему же я не сказала раньше, что спокойно могу скакать, можно ведь было не сопровождать меня и дать коню бежать, а не идти. Что ж, вопрос хороший. Называется, высокая планка. Если я не участвую в соревнованиях и не бегаю на коне 24/7, то, видимо, "так-сяк". А что касается таро, то я уже задумываюсь, а нужно ли вообще задумываться о потоковой работе. Человеческие запросы очень мало меня интересуют, тупы они, как невесть что. Я, конечно, тоже таким балуюсь, но каждый день так деградировать - уж не знаю. Оторванность от действительности, как я писала выше, кажется, это она.
Собственно, почему я пишу такой большой текст, так и не продолжив тему первого моего предложения? Все просто, я несколько дней подряд большую часть времени провожу за чтением книг. Вот и лезет поток, большой, развернутый. Развернешь один - вот, уже полез второй. И множество ответвлений мысли. Хочется сказать и о том, и о том, и обо всем подробно. И не удержаться. Хотя бы кратко, но все-таки.
Я снова скачала себе пв. Бросила играть я последний раз 2 года назад, а теперь опять потянуло вернуться. Бросила по той причине, что поняла, что виртуальный мир полностью заменяет мне реальный, а это уже ненормально. А сейчас это мой осознанный эскапизм. Вообще период такой начался, бегственный. И уже успела задонатить около пяти тысяч. И сейчас акция классная. Но деньги, которые у меня есть, сейчас не при мне. С какой-то стороны это хорошо, а с какой-то - я все равно их потрачу в игру. Единственное, что останавливает, это то, что эти деньги, скажем так, подарок, и меня просили не тратить на все подряд, а на что-то одно, но нужное. Поэтому будет максимально тупо потом сказать, что я слила их в игру. Даже, к примеру, курсы астрологии/таро/дч/­итд гораздо более разумное и адекватное вложение, которое было бы одобрено.
А еще я уже больше двух недель не общаюсь с людьми. То есть, я общаюсь только с родственниками, но не общаюсь со сверстниками. Вообще. От слова совсем. Буквально пара коротких переписок - натурально, из нескольких предложений, по делу, и все. Я как-то и не знаю, хорошо это, плохо ли. С моим осознанным эскапизмом очень хорошо, поскольку раньше ужасная потребность в живой душе и гнет моих иррациональных страхов, субъективное чувство одиночества, основанное на инстинкте выживания, столько донимали меня, что приходилось искать контакта. А контакт, как правило, только заставляет меня, рано или поздно, испытывать сильно неприятные эмоции.
Так и вот, вспомнила я себя в пятнадцать лет. У меня были крашеные черные длинные волосы, моя бледная кожа, мои тонкие губы, мой каждодневный макияж, моя одежда с модным в то время рисунком в виде крестов. Этот период у меня ассоциируется с какой-то невинностью. Как будто не свершен еще какой-то грех, который образовал пропасть между мною тогда и между мною сейчас. А еще период до этого, когда у меня были длинные волосы натурального цвета и платье в белое кружево. Но тогда мне было слишком уж грустно, и это было не по внутренним причинам. Сначала, когда я вспомнила этот период, когда мне было пятнадцать, мне показалось, что тогда я хорошо себя чувствовала, поэтому у меня возникло такое желание сейчас покрасить волосы снова в тот цвет, будто так я верну себе себя тогдашнюю. Но, подумав, я поняла, что хорошо мне никогда особо не было. Вообще. Сейчас, пожалуй, из лучших периодов за мою прошедшую часть жизни, поскольку сейчас нет каких-либо внешних тиранов и обстоятельств-мучит­елей. Теперь все это внутреннее. Если раньше мне было просто плохо, это относилось к области душевных болей и, максимум, тоски по идеалу, ну и аутоагрессия с себянелюблением, то теперь это объективный пиздец, хотя было и хуже (2 года назад), но могло бы быть и еще хуже (как кое-кто). Да, пожалуй, меня успокаивает то, что у некоторых знакомых крыша поехала в полнейших смыслах этого слова. Не так, чтобы чуть съехала и ерзала, а вот чтобы уже оторвалась и улетела восвояси. Если честно, мне даже кажется, что во время знакомства с этими людьми мы сошлись потому, что находились примерно в одинаковом состоянии, стадии. Только кто-то чуть выбрался, а кто-то сказал "пока-пока". Да и ладно. Я о том чувстве невинного. Это такое классное состояние, когда видна эстетика. Когда трогают стихи, еще не до конца зарублены мечты и что-то чувствуешь. Сейчас я слышу себя иногда. Это тот пресловутый внутренний голос, который иногда что-то говорит, а иногда и кричит. И ты знаешь все, понимаешь... - Вспомню сейчас правило психологических тренингов. - А я знаю все, понимаю, но оставляю себя запертой в себе, у меня нет ключа. Это существо внутри меня не может осуществиться. То есть, по сути, я, глубинное я, то я, которое я, - я не существую. То есть, я не существую в реальном мире. Я существую внутри и то, что я существую, уже очень хорошо. Но я не проявляюсь в мире, я не живу, не действую. Но я хотя бы есть. Раньше и того не заметно было. А я есть и я чувствую, но это столь иррационально, столь отвергается разумной системой меня. Когда я начинаю осознавать себя этим внутренним голосом, когда переношу в него свое сознание, я вдруг понимаю, что то, что осталось сверху - бездушная машина, крепость. Здесь трудно выражаться словами, поскольку необходимо донести понимание, где я, где не я, где мое сознание, и что есть, кроме этого, ведь иногда это тоже я, а иногда нет. Термин Я вообще очень сложен. Или, допустим, когда каждая из субличностей, возбужденная всех нас интересующим вопросом, рвется к "микрофону" со своим мнением? Личностей много, а микрофон один. Если мнения группы личностей совпадают, то нужно говорить "мы", а если нет - то "я", но сначала у микрофона одно "я", а потом другое "я", и всех в итоге путают. Но вернемся к тому, когда я - это маленькая точка глубоко внутри, оно обладает моим голосом и, в общем-то, даже визуальным представлением. Когда сознание перемещается и становится этой точкой, то вся та психическая структура, что оставлена сознанием, становится тюрьмой - автономный механизм, созданный мною(нами?), видимо, из соображений безопасности, когда-то это было нам необходимо. Эта тюрьма бездушна, хотя обладает также собственной речью и своим арсеналом действий. Вот, я знаю, с чем сравнить. Эта оставшаяся психическая часть похожа на какого-нибудь из персонажей моих снов. Персонаж - часть психической массы, он запрограммирован и следует своей программе. Если же я осознаюсь во сне и вступлю с ним в диалог, он ответит лишь на то, что в его компетенции, если я попрошу его действовать каким-либо определенным образом, то он ответит, что обладает ограниченной автономией и не может нарушить программу. Так что обойти ее могу я, как сознательное существо, он же действует автоматически, хотя, скажем, также обладает речью, но действовать может лишь программно. Так и с ситуацией, где для меня психическое вещество исполняет роль тюрьмы. Я пытаюсь выбраться, но слаба, и до того, как наберусь неимоверной силы, превышающей силу тюрьмы, я не выйду. Тюрьма же, можно подумать, испытывает ко мне некоторую жалость, но не может отойти от своих функций, поскольку ее программа - защищать и удерживать, как внутри, так и снаружи. К моему большому сожалению, ограниченное число ситуаций пробуждают это внутреннее Я. Ему неоткуда набраться сил, чтобы вырваться и проявиться, отстоять себя самостоятельно. И один из плюсов, наверное, этого моего Я - оно обладает целостностью. Я в этом не уверенна, у меня(нас) в голове это трудно помещается. Нам правда сложно представить, что есть кто-то, кто мог бы вместить в себя всех нас. Вот, сейчас наступил момент, когда все больше человек из нас об этом задумались и каждый сейчас рвется к написанию этого текста. Мне показалось, что она могла бы нас действительно вместить. Мы ведь долго этого искали. Мы живем дружно, но все равно это тяжело, когда вас много, а тело - одно. И самоуничтожиться мы явно не можем, оставив кого-то одного. Но если есть кто-то, кто мог бы сохранить всех нас и сделать чем-то одним - я думаю, что мы должны попытаться помочь этому. Что касается, вновь, невинного и более-менее аутентичного моего тогдашнего образа, могу сказать, что мой проступок, нарушивший невинность, состоял в моем внутреннем сломе. Тогда еще, года четыре назад. И все после этого усугублялось, и невиданным способом я вынырнула. Но суть в том, что когда-то я предала себя и отказалась от себя. Примерно поэтому у меня есть татуировка "Henry". Потому что я хочу помнить, я не хочу отрицать, я хочу если не вернуть, то хотя бы сохранить. Когда я пытаюсь вернуться в то состояние пятнадцати лет, я словно пытаюсь залезть в детскую коляску, которая мне давно не по размеру. Залезть я, конечно, могу, вот только я выросла. И неизбежно, что со мной произошли какие-то вещи, внешние, но все-таки, куда важнее, и внутренние, которые оставили глубокие следы и преобразовали меня. И я уже не буду никак в том же виде, в каком была. Неизбежно преобразованная и нуждающаяся в дальнейшем развитии, я могу приблизить еще больше "Henry", но понимая, что нахожусь среди множества множеств.
По поводу множеств - я снова возвращаюсь к понятию о Майе. Абсолютно точно чувствую и понимаю, и другим словом, кроме "Майя", Майю не передать. Я объемлю мир в множестве, я вижу линии, я вижу всевозможные интерпретации, я вижу ОЧЕНЬ. МНОГО. И чем более я погружаюсь в видение этого, тем более я предаюсь трансценденции и перестаю существовать как я. Я чувствую себя абсолютно всем, но это тоже неверно, потому что уже нету "я". Как можно передать "я - это все, а все - это я", если Я вообще в этот момент нету. Все - это все? Это трудно. Кажется, что просто и очевидно, каждому понятно, но сказать-то как? Тому, кто знает состояние, это ясно. Но словами объяснить никак. И это состояние трансцендентальност­и включает в себя знание обо всем. Я знаю все, что есть. Я знаю суть. Я знаю, если угодно, истину. Сказать я этого абсолютно не могу. Довольно большую часть этих знаний я имею в состоянии, когда еще являюсь "я". Когда же становлюсь всем, то просто есть. Все. Поэтому так трудно рыться в словах. Но зачем-то я это делаю. Конечно, здесь я не усердствую, чтобы кощунственно пытаться передать нечто сакральное. Но все же что-то я здесь говорю. И знаю, что говорить нужно, чтобы видеть мысль насколько можно более развернуто.
А последней мыслью здесь, пожалуй, будет то, что меня уже несколько лет гложет. Я ощущаю суть, я ощущаю взаимодействие двух людей и вижу энергии, что задействованы между ними, вижу, что происходит на "тонком плане". Но, к сожалению, у некоторых людей наличествуют фильтры, не позволяющие им дойти подобной информации до сознания. У других же, все еще подлее, поскольку я знаю, что эта информация доходит до их сознания, они знают, они чувствуют, понимают, но, согласно их психической организации, выработанным там правилам взаимодействия с реальностью внутренней и внешней, их обработка этой информации и дальнейшее поведение может отличаться от того, как это происходит у меня. И это просто максимально тупо, когда люди чувствуют и знают суть их взаимодействия, но не могут найти друг друга на когнитивном уровне. И я совершенно не знаю, что с этим делать. Я обсуждала вкратце эту проблему с несколькими людьми, но увидела, что они не совсем меня поняли. Или, может, их ответные слова были сказаны не на том языке, на котором говорю я. Ведь если превращать все это в разговор - снова начинается банальный анализ, "резание живого". Это тонкий материал, и с этим сложно. Я знаю, почему душа как бабочка. Но сколько слов мне предстоит сказать еще.

Категории: 1
•| Кошмар А.С.Гро 18:42:05

Sun king in dust — из звёздно­й россыпи­ небес

1. Первая любовь.
Влюблённость. Первая. Милая.
Пусть начнётся именно с очаровательной истории из моего далёкого детства.

Мне тогда было примерно пять-шесть лет — точно не больше шести лет. У моего старшего брата был довольно миленький друг. Стоит заметить, что старше меня он был лет на восемь. Юноша был крайне заботливым и всегда уделял мне время, так как я была крайне надоедливой младшей сестрой и часто таскалась за братом и его друзьями. У меня было несколько идеалов среди них: один воплощал лучшего старшего брата, а второй мне нравился. Отношения с самим братом были сложными, так как быть милым с чужой сестрой куда легче, чем быть ей братом самому. Особенно когда она сломала тебе денди и вообще натуральная плакса. А его друг... был ко мне невероятно добр. Я всегда старалась держаться подле него (бедняжка), и безумно радовалась, когда он к нам приходил. В отличии от остальных друзей брата он не был со мной с самого рождения, а появился гораздо позже, поэтому я не заносила его в свой список старших братцев.

Я помню лишь несколько моментов. Первый, когда я решила продемонстрировать свои классные джинсы. Была слегка пасмурная погода. Ребята что-то делали во дворе нашего дома. Мы с отцом вышли из машины, он взял меня на шею и прошёлся мимо них в дом — я ожидала, видимо, что от моих новых штанов мною начнут, наконец, восхищаться. Забавной я была. Второй же произошёл, вероятно, осенью или зимой, так как у нас уже был компьютер — мама подарила его брату в конце октября, когда мне было шесть. Я купалась в ванной вечером, когда вдруг услышала, что пришёл Андрей. Почти моментально мои водные процедуры были окончены, быстро оделась, мама накинула на меня большое полотенце, и я довольная побежала в комнату брата на руки к юноше. После я не хотела его отпускать домой и чуть ли не плакала, вцепилась в него и не отпускала. По-моему я так и заснула у него на руках. Третий произошёл весной, когда я удивилась летящему пуху на улице. Андрей мне объяснил, что приближается лето. Четвёртый же последний. У нас была его книга, которую он давал брату почитать. Я всегда интересовалась книгами, так что, конечно, я её листала довольно часто. Между какими-то страницами лежала валентинка. У меня тогда что-то ёкнуло в сердце. Что бы я тогда ни подумала, но на долгое время она стала предметом моего разглядывания. И каким-то днём я выбежала, почти как всегда, радостная из дома, чтобы поиграть (надоесть им) с ребятами, но среди них не оказалось Андрея, но особо огорчаться я не стала — побежала чуть вперёд, ожидая его увидеть за гаражом. Меня пытались остановить, но, видимо, во мне тогда пробудилась скоростная комета. Я бежала, а потом резко остановилась — мой любимый принц целовался с какой-то девушкой. Я развернулась и так же быстро побежала назад в дом. Взяв валентинку и книгу, я спряталась за столик мамы, свернулась в комочек и плакала. The end.

P.S. Видимо, я весьма ярко проявляла порою свои чувства, если судить по одному рассказу от моей мамы по этому поводу. Она заявила со смехом, что у моего папы была чуть ли не паника из-за моих чувств. Он искренне боялся, что я вбила себе в голову влюблённость надолго. Как минимум до того момента, когда у ребят начинаются первые влюблённости. Он восклицал: "Ну, почему этот рыжий с веснушками? Ей что всегда такие будут нравится? Не бывать этому никогда!". К счастью, всё осталось в детстве, да и семья Андрея вскоре переехала. Дружба брата с ним почему-то ушла. И по иронии судьбы это я сама сейчас рыжая, а время от времени у меня появляются слабые веснушки на лице от солнца.

2. Кем Вы хотели стать в детстве?
Подробнее…[SPOILER]
3. Любимые мультфильмы, фильмы и сериалы в раннем детстве.
4. Какой предмет в школе Вам нравился больше всего?
5. Пять ароматов, которые Вам нравятся.
6. Пять фобий, которые Вы испытываете.
7. О чём вы думаете, когда засыпаете?
Итачи. Я серьёзно. Я думаю об Итачи уже много лет. Почти каждый раз. Иногда устаю, иногда пытаюсь нормально засыпать, иногда думаю о планах на день и рассказах, но зачастую последняя мысль об этом герое. Не постоянно, конечно, но всё же. Мне уже даже не стыдно — мне катастрофически неловко. И по-моему мне уже стоит серьёзно задуматься об этом. Это не смешно.

8. Вы и алкоголь. Наркотики. Сигареты. Кальян.
9. Десять фактов о себе.
10. Кем вы были в прошлой жизни? Предположите.
Г р е ш н и к о м. И очень страшным, вероятно.

11. Верите ли вы в Бога?
12. Три мысли, за которые стыдно.
13. Перемешать музыку и написать пятнадцать треков.

• Nickelback — Burn It To The Ground
• SEVENTEEN — Don't Wanna Cry
• Blue October — Fear
• Howard Shore — Old Friends (Extended Version)
• Gareth Coker — To the Brink
• Faun — Zeitgeist
• The Emotions — Best Of My Love
• Ludovico Einaudi — Exit
• Hamilton Leithauser — 11 O’Clock Friday Night
• Nagi Yanagi — LOVE & ROLL
• Зоопарк — Лето
• Волны — Книжный червь
• Ария — Смутное время
• Michael Nyman — Fish Beach
• Комсомольск — Всё исчезло

14. То, что вы хотите прямо сейчас сказать десяти разным людям.
Я не хочу разговаривать особенно с кем-то. Десяти не наберу на самом деле.

• Достаточно давно желаю одному человеку всё самое лучшее. Нет, правда. Мне безумно хочется сказать, что у него однажды всё образуется и все будет отлично, но я не хочу показаться уж слишком навязчивой. Я уже сказала один раз, хватит с меня. Вообще это незнакомый мне пользователь этого сайта. Мне, видимо, нельзя браться за чтение дневников. Но пока что это навязчивое желание меня не покидает уже несколько дней. Мне безумно неловко из-за этого.
• Другому человеку я хотела бы сказать: "Давай начнём всё с чистого листа?". Но я абсолютно не имею право на это, в общем. И мой новый лист, как всегда, закончится какой-нибудь неприятной ситуацией. Да и у меня сил особо нет на что-то хорошее. И нет, это никак не связано с амурными делами, если что.
• Я бы хотела поблагодарить руководителя кружка по изобразительному искусству — Александра С.. "Спасибо, что верили в меня".

На этом всё.

15. Что Вам нужно успеть до нового года?
Мне нужно успеть придумать потрясающий план выживания в проблемах, которые я себе устроила и продолжаю усугублять положение дел. Но с этим у меня в последнее время дела не очень, так что, я надеюсь, что я сделаю хоть что-то из своих святых обязанностей перед жизнью, семейным долгом, перед собой и своей совестью. А по конкретике пару моих невероятно (ага) важных дел и одно стоящее:

— Нужно взять уже во фриме не кофе, а чай. Серьёзно. Пора бы попить чаёк. Желательно тот самый вишнёво-имбирный. О, чизкейк к нему ещё взять.
— Сходить, как в старые добрые времена, в кинотеатр одной. В афише выделила недавно пару фильмов на ближайшее время: "Оверлорд" (до 14 ноября) и "Богемская рапсодия" (до 21 ноября). Конечно, я забуду/не успею/не смогу сходить. В любом случае мне нужно на что-нибудь сходить до следующего года.
— Мне нужно хотя бы попытаться найти номер А.С., дабы поздравить его потом с Новым годом. Очень надеюсь, что с ним всё в порядке. Всё-таки возраст и... вообще мне его не хватает. Я даже не уверена, что тот номер ещё действует. И у меня есть небольшой страх узнать что-то плохое.
— Приготовить подарки, но не на Новый год, а на прошедшие Дни рождения некоторых людей: мама и жёнушка.

А все остальные дела слишком страшные.


Музыка Secret Garden
Категории: #Временно
показать предыдущие комментарии (3)
00:23:27 Тамплиер
не хочешь найти паренька?
00:24:28 Тамплиер
о, ты слушаешь комсомольск... обалденно люблю тебя
00:25:27 Тамплиер
Из-за тебя сижу на сладком ты придурок
04:29:55 А.С.Гро
Мы будем сидеть на сладком, пока я решу остановиться. Я старший в семье, мой птенчик.
довольно этой дряни тов. кейнерман 15:12:22
 зачем делать то, от чего впоследствии самому станет мерзко
зачем уподобляться тем, от чьих выебонов просто тошнит
что мне, мало, что ли, с чего в себе можно побеситься?

да, вопрос легко решается

если я не хочу, чтобы он читал мои дневнички, надо просто перестать эти дневнички писать
если мне мерзко от собственного пиздежа, надо просто заткнуться
если ненавидишь себя за такое омерзительное поведение, надо просто перестать себя так вести

надо заткнуться

вот и решение проблемы

больше никаких буковок
больше никто не узнает, о чем я думаю
а после
я вовсе перестану думать

я смолкаю окончательно
больше никакого пиздежа, раз он так выбешивает меня
дневники это так мерзко
СамОвыРажение бля
нытье беспомощных, но таких уВажАющих себя эгоистичных уродцев
фу, срань какая
и свое нытье ненавижу, и чужое
и вообще все это такая мерзость
не хочу больше этого. мало мне, что ли, того, что действует на нервы?

поэтому я во что бы то ни стало лишу себя возможности быть таким уебищем
или убью